Он выиграл войну!" И она опять шлепнула меня.

   Я не сержусь на Анджелу за шлепки. Отец был для нее всем на

свете. Ухажеров у нее не было. И вообще никаких друзей. У нее

было только одно увлечение. Она играла на кларнете.

   Я опять сказал, что ненавижу отца, она опять меня ударила, но

тут Фрэнк вылез из-под куста и толкнул ее в живот. Ей было

ужасно больно. Она упала и покатилась. Сначала задохнулась,

потом заплакала, закричала, стала звать отца.

   "Да он не придет!"- сказал Фрэнк и засмеялся. Он был прав.

Отец высунулся в окошко, посмотрел, как Анджела и я с ревом

барахтаемся в траве, а Фрэнк стоит над нами и хохочет. Потом он

опять скрылся в окне и даже не поинтересовался, из-за чего

поднялась вся эта кутерьма. Люди были не по его специальности.

   Вам это интересно? Пригодится ли для вашей книги? Разумеется,

вы очень связали меня тем, что просили рассказать только о дне,

когда бросили бомбу. Есть множество других интересных анекдотов

про бомбу и отца, про другие времена. Известно ли вам, например,

что он сказал в тот день, когда впервые провели испытания бомбы

в Аламогордо? Когда эта штука взорвалась, когда стало ясно, что

Америка может смести целый город одной-единственной бомбой,

некий ученый, обратившись к отцу, сказал: "Теперь наука познала

грех" И знаете, что сказал отец? Он сказал: "Что такое грех?"

   Всего лучшего

   Ньютон Хониккер".