Стони: Мне действительно очень повезло.
Лайонел Дж. Говард: Человечество стало походить на косточки в малине.
Стони: Косточки в малине?
Лайонел Дж. Говард: Вспомни, как плотно лежат косточки в малине... И люди стиснуты точно так же — не продохнуть. Почему ты задержался?
Стони: По глупости...
Лайонел Дж. Говард: Еще пара минут ожидания, и я бы ушел отсюда.
Стони: Решились бы... продолжать такую жизнь?
Лайонел Дж. Говард: Ты называешь жизнью то, что снаружи? Я такой жизни не признаю.
Стони: Не знаю, не могу подобрать нужное слово.
Лайонел Дж. Говард: Я выбрал цианистый калий. Моя жена, бог знает почему, советовала мне угарный газ. «Мади, — сказал я, — умереть от цианистого калия гораздо мужественнее». Когда начали осуществлять программу самоубийства «Нравственность», я написал президенту Соединенных Штатов, что ветераны должны иметь право на то, чтобы их при всех регалиях привязали к столбу и взвод морских пехотинцев Соединенных Штатов, в голубой форме, расстрелял бы их. Я получил официальный ответ. В нем говорилось, что мое предложение направлено на рассмотрение Ассоциации ветеранов. Скорее всего, штабные чиновники просто выбросили его в мусорную корзину.
